Развитие японского кинематографа. Часть 2
Постепенно мир открывал для себя совершенно новые фильмы, снятые в Стране восходящего солнца, и в 50-х годах прошлого столетия мировое признание получил ещё один японский режиссёр – Кэндзи Мидзогути. Мидзогути ещё задолго до того, как о нём узнали в других странах, стал в Японии одним из классиков – в своих работах он опирался на изобразительные традиции живописи и театра своей страны. Он прославился ещё в 20-30-х годах благодаря фильмам, снятым в жанре дзесэй-эйга, которые рассказывали истории о женской верности и самопожертвовании, при этом он нередко совмещал в своих картинах повседневную жизнь и мифологические сюжеты.
Мидзогути, в отличие от Куросавы, не пытался сделать свои ленты динамически-европейскими, и предпочитал долгие неподвижные планы, глядя на которые зрители невольно вспоминали о знаменитых японских гравюрах, которые необходимо тщательно рассматривать, выискивая мельчайшие детали, чтобы полностью понять, о чём именно хотел рассказать художник. Именно поэтому Мидзогути, по сути, на главное место выставлял второй план, который часто и заключал в себе весь смысл повествования, ведь все сюжеты Мастера были хорошо известны, так как основывались на старинных легендах.
Ещё позднее, чем Мидзогути и Куросава, мировое признание получил другой Мастер, которого называют «самым японским режиссёром из всех японских режиссёров», – Ясудзиро Одзу, снимавший совершенно особенные фильмы, в которых действие было сведено к минимуму. Все картины этого Мастера имели один и тот же сюжет – они рассказывали о современной японской семье, однако национальная специфика в его лентах была несущественной, благодаря чему фильмы Одзу были интересны не только самим японцам, но и американцам, французам, итальянцам и англичанам.
В своих лентах Одзу придерживался одного из канонов японской эстетики, согласно которому красота не заключается в том, что можно увидеть или услышать, так как видимая и слышимая красота обманчива и отдаляет людей от истинной красоты, от самой сути мироздания. Несмотря на то, что Одзу постоянно чувствовал, что зрители отдают предпочтение развлекательному кино, копирующему штампы и приёмы американских фильмов, он продолжал отстаивать стремление к строгим и простым решениям, благодаря которым человек может прийти к просветлённому созерцанию. Одзу можно назвать первым режиссёром, сумевшим открыть в кинематографе возможности для медитации.
Среди других японских режиссёров Одзу выделяется своей неповторимостью и, конечно, тем, что он смог связать современность Японии и её уникальную философию искусства. Однако из-за того, что практически все японские режиссёры стали ориентироваться на мировую кинокультуру, а не на национальные традиции, основополагающие традиции театра и поэзии Страны восходящего солнца постепенно начинали играть всё меньшую и меньшую роль в кино. Японские кинокомпании постепенно переходили на западные традиции производства фильмов…
